Ирина никогда не была на крыше своего дома. Жили они на седьмом
этаже обычной многоэтажки и как-то не возникало желания. Но сегодня всё
сложилось странно.
Сначала сломался
ноутбук. Потом клиент отказался от проекта. Потом Маша потеряла сменку, Лёша
устроил сцену из-за контрольной, а Андрей прислал сухое: «Задержусь до утра.
Не жди».
Вечер был как ком в горле. Ирина вымыла посуду, выключила
всё, что могло шуметь, и вдруг пошла к выходу. Не в магазин. Не к соседке.
Просто… наверх.
Лестница на чердак была старая, с пыльными ступенями. Замок с кодом, но соседи, конечно, давно его не меняли. Она толкнула дверь и оказалась под июньским звёздным небом.
На крыше было пусто. Только гул города и лёгкий ветер.
Где-то вдалеке мигали окна-чужие кухни, чужие семьи, чужие заботы.
Ирина села на бетонный выступ и просто… выдохнула. Впервые
за много недель.
Она не плакала. Не злилась. Просто сидела.
Когда я стала такой?-думала она.
Когда «я» превратилась в «надо», в «быстро», в «успей»?
Она работала. Заботилась. Держала всё. А потом замолчала. И он замолчал тоже.
Не со зла. Просто они оба выгорели, как
лампы в подъезде: никто не замечает, пока совсем не станет темно.
— Мам?-услышала она голос.
Маша.
Как?
— Мы тебя не нашли. Лёша испугался. Я вышла в коридор, а дверь на крышу была открыта.
Ирина встала, подошла к дочери. Смотрела на неё в свете
фонаря, с растерянными глазами и расстёгнутой пижамой.
— Прости. Мне просто нужно было… побыть.
Маша взяла её за руку.
— Мне иногда тоже нужно.
Они постояли на крыше ещё немного. Молча. Вместе.
Когда вернулись домой, Лёша обнял их обеих. В воздухе больше
не висела тяжесть. Что-то сдвинулось. Не громко. Но точно.
Позже, лёжа в постели, Ирина услышала, как открылась дверь.
— Всё в порядке?-спросил Андрей, заглянув в комнату.
— Уже да, ответила она и впервые за долгое время добавила:
— А у тебя?
Он кивнул. Медленно, но по-настоящему.
Иногда, чтобы начать говорить, нужно просто подняться
выше. Хотя бы на крышу своего молчания.
Читайте также:
Комментариев нет:
Отправить комментарий